Как принять Ислам

«Из врачей сделали презренных рабов и они взбунтовались»

М
22.09.2019
Артемий Охотин, medrussia.org
«Из врачей сделали презренных рабов и они взбунтовались»

Март-август. Итальянскую забастовку объявили медики трех районных больниц Новгородской области, около половины персонала Можайской подстанции Московской областной станции скорой помощи, 135 сотрудников Пензенской областной станции скорой помощи, сотрудники скорой помощи в Орле, врачи скорой в Тольятти.

23 августа. 6 из 10 хирургов в Нижнем Тагиле написали заявление об увольнении из-за низких зарплат и увеличения нагрузки.

29 августа. Все хирурги единственной больницы в закрытом городе Трехгорный в Челябинской области решили уволиться из-за слишком высокой нагрузки и низкой зарплаты.

6 сентября. Из-за переработок и недоплат начали итальянскую забастовку медики Пермской горбольницы № 6. К ним присоединились все хирурги города Губаха Пермского края. Они устали работать за копейки на износ и отказываются от переработок в невыносимых условиях труда.

13 сентября. Пять сотрудников скорой помощи районной больницы села Октябрьского Челябинской области подали заявление об увольнении из-за низкой зарплаты.

13 сентября. Сотрудники четырех отделений областной детской клинической больницы в Великом Новгороде объявили итальянскую забастовку. Врачи работают только в том объеме, который предусматривают их трудовые договоры.

15 сентября. В Петрозаводске итальянскую забастовку объявили сотрудники станции скорой медицинской помощи. 39 медицинских работников и 37 водителей будут выполнять свою работу строго в рамках инструкций. Причиной протеста стали «унизительный уровень заработной платы», необходимость пахать на полторы-две ставки, чтобы прокормить семью, и работа в неукомплектованных бригадах.

 Реформы Минздрава привели к тому, что медики исчезают, как класс, а массовые увольнения врачей – не что иное, как экстренная мера по спасению разваливающейся системы.

«Это грозный симптом для общества в целом. Врачи – не протестный электорат. Они обучены субординации, они дисциплинированы и ответственны. Если врачи выходят на акции протеста, это означает только одно: им не дают лечить больных», – комментирует эндокринолог, один из основателей центра паллиативной медицины и Лиги защиты прав врачей Ольга Демичева.

«Наше медицинское законодательство написано так, что самое страшное для пациентов – это исполнение этого законодательства. Если врачи будут исполнять закон, они просто перестанут лечить, потому что этого делать нельзя, а вдруг осложнения», – заявляет руководитель клиники амбулаторной онкологии и гематологии Михаил Ласков.

Дмитрий Соколов, председатель регионального профсоюза «Альянс врачей» Новгородской области:

– Ситуация в области накалялась с осени прошлого года. Многие врачи уволились и уехали в Ленобласть, в Москву, на оставшихся упала большая нагрузка. Закрыли много больниц в районах, вся нагрузка легла на областную больницу и на так называемые межрайонные центры. Например, в городе Старая Русса межрайонный центр теперь обслуживает восемь районов. Если раньше больница обслуживала 40 тысяч населения, то теперь число пациентов увеличилось в несколько раз, а врачей больше не стало, стало меньше. Нехватка лекарств, томограф не работает более полугода, низкие зарплаты, врачи, многие из них предпенсионного возраста, вынуждены брать две – две с половиной ставки.

У нас в марте врач-терапевт уволилась, у нее зарплата была 18 тысяч. У ее мужа-хирурга – 35 тысяч за счет того, что он, работая 5/2 в стационаре, брал еще по восемь дежурств. Оба уехали в Ленобласть, там врач получает в районе 70-90 тысяч. У среднего персонала у нас в области зарплаты еще меньше: медсестра в поликлинике получает 8 тысяч, в стационаре – 15.

Местный Минздрав никак на это не реагирует. Не нравится? Все уходите. Для них как будто нет человека – нет проблемы, нет врачей – закрыли отделение. Больницу закрывают в Мошенском районе, где шесть тысяч населения и удаление от межрайонного центра – города Боровичи – 50 километров.

Вместо четырех бригад скорой помощи они оставили одну, если она, например, кого-то в Боровичи увезла за 50 километров, то все, район без скорой помощи. А отчитываются они хорошо. В Шимском районе больницу закрыли, а они в отчетах пишут, что есть же пункт неотложной помощи. А какую помощь в этом пункте могут оказать, если там работает медсестра и санитарка? Но по отчетам – да, вроде медики есть и Новгород всего лишь в 30 километрах.

Люди постоянно жалуются. Сначала винили врачей, но потом, когда врачи все это стали освещать, видеоролики выпускать, рассказывать, митинги устроили, люди поняли, что врачи-то ни при чем, виноваты Минздрав и руководство области. Люди в Мошенском районе куда только не писали: президенту 8 писем, потом их уже не принимали у них, премьеру, руководству области, в прокуратуру, и все равно им больницу закрывают, а там много пожилого населения и детей около 1000 человек, а педиатра нет. Люди уже так говорят: «Мы будем обращаться к Папе Римскому, чтобы он открыл у нас католический госпиталь. Он по всему миру открывает, а чем мы хуже, что на старости лет не можем нормально лечиться».

Когда у нас уехали врачи – тот хирург с женой и второй хирург – остался один хирург, завотделением. Представляете, на весь район один хирург, который уже на пенсии и не знает, сколько еще продержится. В министерство обращаться бесполезно, мы говорили, чтобы хирургам повысили зарплаты, на круглых столах присутствовали – ноль эмоций. «Врачи без границ» тоже отказались прислать нам специалистов.

В Новгороде уже плохая ситуация с докторами, нет многих узких специалистов, а в районах вообще уже даже терапевтов нет, педиатров нет. Фельдшеры заменяют их пока, а потом что? Фельдшеры тоже уезжают в Питер работать или вообще из профессии уходят, как я. Я 12 лет проработал фельдшером на скорой и несколько лет в наркологии, но из-за низкой зарплаты мне приходилось подрабатывать в строительстве и в 2011 году я решил совсем уйти из медицины.

Забастовка в области идет, врачи больше своих нормочасов не работают. Хирург в Старой Руссе работает до 15 часов, как ему положено, и уходит домой. В детской областной больнице четыре отделения бастуют, это около 30 человек. Реанимация там – 26 ставок, а работают всего 10 врачей, в лор-отделении было пять врачей, и то не хватало, сейчас два осталось.

Минздрав пытается зарыть голову в песок, сделать вид, что ничего не происходит, никакой забастовки нет, все надумано, все довольны.

Нужно, чтобы как можно больше врачей присоединились к акции, но медицинское сообщество сейчас расколото и деморализовано. Есть некоторые врачи, особенно близкие к главврачам, они неплохо живут при такой ситуации, потому что главврач имеет право распорядиться деньгами и распределять стимулирующие. А пока у всех какой-то общий пессимизм. Я постоянно слышу: «Что возмущаться? Ничего не изменишь, раз они решили сокращать, значит, лучше не будет».

Семен Гальперин, президент Лиги защиты врачей:

– Реформа 2012 года пришла к своему логическому завершению, медицину оптимизировали, что называется, под корень. Происходит то же самое, что было в 90-е годы, когда в России приватизировали промышленность, в результате мы потеряли инженеров, квалифицированных рабочих и от отечественной промышленности ничего не осталось. В этом десятилетии произошло то же самое в медицине – просто больше делить было нечего, стали делить социальную сферу. Эта бездумная реформа, за которой фактически скрывалась незаконная приватизация социальной сферы, привела к тому, что медицина перешла на коммерческие рельсы.

Поскольку работники сферы здравоохранения не получили ничего от этого процесса приватизации, у нас начинает исчезать класс медработников.

Мы теряем врачей, квалифицированный медперсонал, просто потому что они уже не заинтересованы в своей профессии.

Мы долго слушали радостные отчеты Минздрава о том, как здорово повышаются зарплаты наших медработников, но только слушать и читать оказалось недостаточно, врачи еще хотят кушать и кормить свои семьи, а в нынешних условиях делать этого они не могут.

Михаил Ласков, руководитель клиники амбулаторной онкологии и гематологии:– Наше медицинское законодательство написано так, что самое страшное для пациентов – это исполнение этого законодательства. Если врачи будут исполнять закон, они просто перестанут лечить, потому что этого делать нельзя, а вдруг осложнения.

Мы, врачи, работаем, назначаем лекарства, делаем операции и понимаем, что по статистике определенный процент осложнений случается, а закон у нас этого не допускает. Если пациент погиб от осложнений, то, как уже два года говорит нам Следственный комитет, это 238-я статья, а именно выполнение работ, не отвечающих правилам безопасности, повлекшее гибель одного или более лиц, по сути убийство.

Убивать нельзя, соответственно, по закону мы не должны предпринимать ничего, что может потенциально повлечь осложнения. У нас в любом регионе условия, наверное, чуть хуже, чем где-нибудь в федеральном центре, значит, надо перестать принимать пациентов и всех отправить в столицу. Вот это будет по закону. То есть когда врачи начинают работать по закону, хуже от этого всем, но у них просто нет выхода, их в очередной раз обманули.

Майские указы либо не выполняются, либо выполняются таким иезуитским способом, когда зарплату подняли путем значительного увеличения нагрузки, которая не позволяет нормально работать. Врачей атакуют со всех сторон: повышают количество ставок, сажают, заставляют делать хорошую мину при плохой игре, когда лечить нечем, но надо, потому что по телевизору обещали, что все будет хорошо. Кто-то уходит, кто-то обороняется.

Артемий Охотин, кардиолог, создатель образовательного форума «Вальсальва.ру»:

– Терпение врачей действительно закончилось. И дело не столько в низких зарплатах и больших нагрузках, сколько в том, что сама работа многим перестала приносить удовлетворение. За последние годы бюрократии во врачебной работе стало значительно больше, к тому же появилась постоянная угроза немотивированного уголовного преследования, а реально помогать пациентам стало сложнее.

Врачи не устраивали забастовок, даже когда на несколько месяцев задерживали зарплату, но сейчас моральное удовлетворение от работы уже не оправдывает ее тяготы: врачи находятся в очень униженном положении, им все время угрожает уголовное преследование, их работу бесконечно проверяют ничего не понимающие в медицине эксперты страховых компаний и чиновники Минздрава, а нагрузка часто растет из-за бездумного планирования и необходимости отчитаться о высоких зарплатах. Думаю, что именно это послужило толчком к протестам последних месяцев.

«Все написали заявления об уходе». Что могут изменить врачи?

Михаил Ласков:

– Помните, когда в Кирове повязали заведующую педиатрическим отделением, она якобы не уследила за тем, что девочка, которую мама бросила одну на неделю в квартире, умерла? На следующий день все педиатры города Кирова написали заявления об уходе и еще через пять минут заведующую отпустили. То есть у врачей есть колоссальная сила, которая пока ими самими еще не осознается.

Очевидно, что если даже в одном каком-то округе уволится вся поликлиника, то жители этого района тех людей, которые в этом виновны, будут «благодарить» очень сильно. Но врачи сейчас боятся каждый сам за себя больше, чем за всех вместе, поэтому они не объединены и зачастую, чтобы сохранить свое место, не решаются идти на какие-то согласованные действия друг с другом.

Садака, на развитие сайта:
Направление Киблы
Вверх